Как лечили во время Великой Отечественной войны

43

К 66-летию победы в Великой Отечественной войне «Здоровье-инфо» публикует материал о военно-полевых хирургах. Эти строки посвящаются людям, которые поставили на ноги и вернули в строй более 17 миллионов воинов, сумевших отстоять нашу Родину и весь мир от фашизма.

Александр Тушкин / «Здоровье-инфо»

«То, что сделано советской военной медициной в годы минувшей войны, по всей справедливости может быть названо подвигом. Для нас, ветеранов Великой Отечественной войны, образ военного медика останется олицетворением высокого гуманизма, мужества и самоотверженности», – писал маршал Советского Союза Иван Христофорович Баграмян. Благодаря подвигу врачей 72,3% раненых и 90,6% больных солдат смогли вернуться на фронт. Победа стала возможной в значительной степени благодаря солдатам и офицерам, возвращенным в строй военными медиками.

«Война – это травматическая эпидемия», – говорил великий русский врач Николай Иванович Пирогов. Поэтому больше всего на фронте ценилась профессия хирурга. Врачи остальных специальностей в срочном порядке в начале войны проходили переквалификацию на кратких курсах, а потом становились помощниками хирургов или отправлялись на передовую линию. Именно там рядовой и сержантский состав понес основные потери – более 80% смертей. Всего во время войны погибли или пропали без вести 85 тысяч медиков.

На передовой был и майор медицинской службы Владимир Терентьевич Кунгурцев. Перед войной Владимир Терентьевич окончил медицинский институт в Новосибирске получив диплом врача общего профиля. Он служил на Дальневосточном фронте полевым хирургом артиллерийской части, где воевал с японцами на маньчжурской границе. Вместе с однополчанами Владимир Терентьевич дошел до Харбин, где получил за свои заслуги орден Отечественной войны II степени.

Сегодня Владимиру Терентьевичу 95, он живет в Москве, и накануне Дня Победы согласился ответить на несколько вопросов специально для «Здоровья-инфо».

«Здоровье-инфо»: В чем заключалась основная задача полевых хирургов?

В. Кунгурцев: Мы оказывали первую медицинскую помощь участникам боевых действий. Я занимался бойцами артиллерийской части, которые стреляли из пушек и минометов. Чаще всего я работал с раненными, которым необходимо было оказать первую помощь и отправить в медсанбат. Оттуда солдата переводили в госпиталь, если требовались полноценные хирургические операции.

«Здоровье-инфо»: Какие ранения были самыми распространенными?

В. Кунгурцев: Осколочные, пулевые. Но мне везло: ни одного смертельного случая. А вот тяжелые были: однажды привезли бойца с пневмотраксом грудной клетки. Он не мог дышать. Наложил ему глухую повязку, чтобы воздух не попал в легкие. Вообще, тяжело раненных мы оперативно эвакуировали – на носилках или машинах. У всех солдат в обязательной экипировке были индивидуальные перевязочные пакеты, которые они получали у полкового врача. Каждый солдат был хорошо проинструктирован на случай ранения. К примеру, если пуля попала в живот, пить и есть нельзя, потому что через желудок и кишечник вместе с жидкостью в брюшную полость попадает инфекция, и начинается воспаление брюшины – перитонит.

«Здоровье-инфо»: Какие ранения считались наиболее тяжелыми?

В. Кунгурцев: Осколочные раны, особенно, в конечности.

«Здоровье-инфо»: А далеко разлетаются осколки от снаряда?

В. Кунгурцев: Зависит от калибра. Небольшие снаряды поражают на расстоянии нескольких метров, большие – ста и больше. Звуковая волна у такого снаряда небольшая, не то, что у «Катюши». Летит такой снаряд, а звук у него специфический, похож на свист пронзительный и очень короткий. Потом он приземляется, и происходит взрыв.

«Здоровье-инфо»: Может ли произойти контузия от удара?

В. Кунгурцев: Контузия бывает воздушная и чаще всего при ударе осколком. Это закрытая травма черепа, когда боец теряет сознание. Иногда он утрачивает способность ориентироваться в пространстве, говорить, слышать звуки. Потом все постепенно восстанавливается.

«Здоровье-инфо»: А что потом делают с контуженным?

В. Кунгурцев: Ему дают обезболивающее средство, а потом успокаивающее. В нашем распоряжении были только белладонна и кодеин.

«Здоровье-инфо»: Какие действия вы предпринимали, если у раненого начинался болевой шок?

В. Кунгурцев: Если у раненного болевой шок, надо положить его так, чтобы кровь нормально циркулировала, а голова находилась не выше корпуса. Затем надо обезболить раны. Ничего кроме хлорэтила у нас тогда не было. Хлорэтил замораживает боль на несколько минут. А уже потом, в медсанбате и в госпитале раненному делали инъекции новокаина, давали более эффективные эфир и хлороформ.

«Здоровье-инфо»: Что еще грозило здоровью солдата, кроме осколков и пуль?

В. Кунгурцев: Из-за того, что люди вели ненормальный образ жизни, встречались инфекционные заболевания: ОРЗ, кишечные расстройства, болезни, связанные с антисанитарией. Но таких обычно немного было. Если что-то где-то, человека сразу эвакуировали в инфекционный госпиталь.

«Здоровье-инфо»: А в полку как лечили инфекции?

В. Кунгурцев: Были и медикаменты, тогда обычно больным давали стрептоцид и сульфидин.

«Здоровье-инфо»: Вы помните свой самый тяжелый бой?

В. Кунгурцев: Самый тяжелый бой был под Хайларом. Сколько мы японцев ни утюжили артиллерией, сколько ни бомбили авиацией, не могли их вышибить из укреплений. Потом решили обойти Хайлар, и он остался в тылу. Тогда японцы много солдат побили из 94-ой пехотной дивизии, потому что они поднимались в атаку и шли прямо на них.

«Здоровье-инфо»: Сколько человек вы спасли от смерти?

В. Кунгурцев: Никакого учета я никогда не вел.

«Здоровье-инфо»: А после войны общались со своими пациентами?

В. Кунгурцев: Нет, не общался, потому что разъехались в разные стороны. После войны я поступил в Ленинградскую медицинскую академию и получил специальность по неврологии.

«Здоровье-инфо»: Вы сами получали ранения?

В. Кунгурцев: Я не был ранен. У меня была контузия и ушибы. В медсанбате и в госпитале никогда не лежал.