Хочу жить!

29

Наша жизнь делится на этапы: детство – взрослость – старость. Однако эти периоды не приурочены к собственно хронологическому возрасту. Социопсихологи делят кризисы, переживаемые человеком, на два типа: возрастные и индивидуально-личностные. Причем любой возрастной кризис индивидуально-личностным является, а наоборот – совсем не всегда.

 

Детство, отрочество, юность…

Как ни странно это может прозвучать, кризисы случаются у людей с самого раннего детства. Казалось бы, не успел человек еще и шагу по земле ступить, а его уже «накрыло». А между тем, только в детстве люди сталкиваются с кризисными ситуациями аж трижды. Это, так называемый «годовалый» кризис, когда у ребенка происходит становление отношения к окружающему миру, его, пока бессознательное, приятие или неприятие – решается: любить окружающих, не любить или вообще бояться. Затем следует «трехлетний» кризис с его первыми проверками границ дозволенного, осознанием понятия «нельзя», «нет» и первыми опытами получения отказа. Многие родители замечают, что в этот период ребенок начинает вести себя «гораздо хуже». И третий кризис детского возраста – «семилетний». Человек начинает прощаться с детством. Часто это происходит на фоне поступления в школу, а значит – социализации, осознания своего места в обществе, освоения в нем своих прав, усиления социальной ответственности. В этом возрасте человек впервые учится говорить неправду.

В детстве человек плохо осознает процессы, им переживаемые, не умеет анализировать происходящее. Поэтому положительно выходить из своих детских кризисов он может в первую очередь с помощью родителей. Они, в свою очередь, должны не просто «очень любить» свое чадо, исправно выполнять прокормочно-санитарно-гигиенические функции, но чутко и бдительно наблюдать за его жизнью, чтобы оказаться рядом в нужный момент.

На границе детства и зрелости находится подростковый возраст, вмещающий в себя психологические характеристики как детства, так и взрослости. Это, как правило, с 12 до 14 лет, переход от младшего школьного возраста непосредственно к подростковому, широко известному как переходный возраст. Часто его тяжело переживают девочки: им сложно принять изменения собственного тела. Но в любом случае происходит половозрастная идентификация, то есть принятие себя как представителя определенного пола, профессии, конфессии т.п. В 18-20 лет люди, как правило, окончательно расстаются с детством, начинается сложная, взрослая жизнь.

Граница между взрослостью и старостью куда более размыта, потому что в ряде случаев возрастно-психологические периоды одновременно относятся и к зрелости, и к старости.

Земную жизнь пройдя до половины…

Сама зрелость как череда психологических возрастов состоит из ранней зрелости (как правило, около 30 лет), кризиса середины жизни, второй зрелости, кризиса старения и периода, который большинство называет пожилым возрастом. Кризис среднего возраста, вопреки общепринятому мнению, связан не столько с выбросом гормонов, сколько с хронологией. Осознание того факта, что прожито уже больше лет, чем осталось, приводит к развенчанию одних жизненных смыслов и упрочению других, происходит ценностная переориентация, в результате чего прошлая жизнь подвергается переосмыслению.

Человек вдруг осознает, что на осуществление заветных желаний нет ни средств, ни времени, а подчас – сил и желания.

Кризисом середины жизни является переидентификация, в это время человек часто меняет семью, профессию, место жительства, религиозные взгляды. Именно в этот период люди чаще всего обращаются за помощью к психоаналитикам.

Человек и его время

Наступление пожилого возраста у нас ассоциируется со временем выхода на пенсию, в связи с чем это понятие нередко носит пренебрежительный, негативный оттенок. Само понятие кризиса делит не годы, но эпохи, потому что понятие психолого-возрастных кризисов связано с достаточным количеством прожитых лет. Старость как психолого-возрастная эпоха, и вовсе состоит из нескольких этапов. Их, по меньшей мере, два – пожилой и старческий возраст, ряд ученых добавляют к этому третий, факультативный этап – долгожительство.

Запас прочности человеческого организма рассчитан лет на 150, но подчас сто лет становятся наказанием. Дело тут не только в физической кондиции и невозможности обслуживать себя самостоятельно. Человек нередко начинает ощущать, что никому не нужен: он уже не работает (следовательно, не самореализуется); он уже не ребенок, так как похоронил родителей, но и не родитель, так как дети выросли и завели собственную семью; у него нет ни желания, ни возможности путешествовать; у него обостряется ощущение неизбежного приближения смерти.

Что «болит»

Страх перед старостью. Боязнь одиночества. Чувство нереализованности, недовольства собой.

Это «болит» почти у всех, по-разному в разном возрасте. И только сам человек может решить для себя, бороться или опустить руки и «идти ко дну». Остановиться и в страхе ждать, как разрешится очередной кризис или, объективно принимая жизнь во всех ее проявлениях и обстоятельствах, направить свою энергию на созидание чего-то нового. Если не получается сделать это самостоятельно, сходить к психологу. Вопреки укоренившемуся мнению, в этом нет ничего стыдного. Между прочим, выйти из кризиса в любом возрасте помогает самосовершенствование плюс социальная активность. Нет, не митинги в ЖЭКе и в родном подъезде. Общественная активность распространяется еще на многие полезные для себя и других занятия.

Застраховаться от возрастных кризисов нельзя, но они, как и все в жизни, заканчиваются, и только от нас зависит, какими мы из них выходим в следующий, «посткризисный» период жизни – опустошенными, разрушенными, слабыми или умудренными новым опытом, собранными, готовыми энергично идти дальше.

Так что нужно просто хотеть жить.